Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Летние сны. От Карла Юнга до японских поэтов

Завтра вечером я участвую в старте нового необыкновенного онлайн курса на стыке японской поэзии и юнгианской психологии.

Подробности по ссылке https://facebook.com/events/s/%D0%BB%D0%B5%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D1%81%D0%BD%D1%8B-%D0%BE%D1%82-%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%BB%D0%B0-%D1%8E%D0%BD%D0%B3%D0%B0-%D0%B4%D0%BE-%D1%8F%D0%BF/2852804851492655/?ti=icl

УЛИТКИ И АЛКОГОЛЬНЫЙ ДОСУГ

В китайской поэзии традиционно много стихов о вине, а вот в японской — значительно меньше. Несказанно обрадовалась, когда наткнулась на такой прелестный свиток с хайку на алкогольную тему. Впрочем, по картинке об этом и не скажешь.

Для меня этот свиток — наглядный пример того, как японское трёхстишие должно выглядеть в своем идеальном воплощении. Хайку — это не просто литературный текст сам по себе. Хайку не должны витать в воздухе, они должны быть вписаны рукой каллиграфа в живописные работы. А когда текст оказывается лишь одним из смысловых элементов, то все литературно-живописное произведение демонстрирует необыкновенную глубину и любопытные нюансы.

Что особенно приятно, в нашем случае поэт, каллиграф и художник это один и тот же человек — Такараи Кикаку (1661—1707).

Живописи он учился у художника Ханабусы Иттё (школа интеллектуальной живописи «Нанга», так называемая «школа учёных»), каллиграфии — у мастера Сасаки Гэнрю, а поэзии — у великого Мацуо Басё.

Итак, вот это хайку со свитка:

Улиточки
К закускам и вину
Медленно ползут

かたつふり 酒の肴に ははせけり
катацубури/ сакэ-но сакана-ни/ хавасэкэри

Кикаку рисует картину летнего банкета на открытом воздухе, ведь «улитка» — летнее сезонное слово. С одной стороны кажется, что это просто зарисовка с натуры, но если включить воображение, то невозможно уже отделаться от мысли, что улитки выбраны поэтом неспроста: свое собственное опьянение он показывает через их медленные и плавные движения.

Collapse )

СТИРКА. Кому трудней — мужчине или женщине?

Помню, как пыталась найти различия в мужской и женской версиях «Хазарского словаря» Милорада Павича. Эти различия в итоге оказались до смешного несущественными.

Поэтому предлагаю взглянуть на одно и то же стихотворение с двух точек зрения, и попробовать отследить собственные ощущения — кому из двоих вы будете сочувствовать больше?

 Китагава Утамаро, «Стирка», 1790 год. Здесь стирает женщина, гравюру со стирающим мужчиной найти не удалось
Китагава Утамаро, «Стирка», 1790 год. Здесь стирает женщина, гравюру со стирающим мужчиной найти не удалось

В японской поэзии зачастую легко перепутать мужское и женское, поскольку в самом языке род грамматически не различается. С другой стороны, это даёт, казалось бы, универсальный взгляд, который можно развернуть в любую сторону.

Вот, к примеру, вернёмся к моему переводу трёхстишия Иссы, с которым я выиграла поэтический конкурс:

Уложила детей,
А сама пелёнки стирает —
Летняя луна

寝せつけし 子の洗濯や 夏の月
Нэсэцукэси/ ко-но сэнтаку я/ нацу-но цуки

Я его перевела, что называется на коленке, не изучала контекста, и мне показалось очевидным, что речь идёт о женщине, занятой стиркой в ночи.

Однако я получила замечательный комментарий от переводчицы Лены Байбиковой, которая сказала, что где-то читала, что это, возможно, автобиографическое стихотворение: у Иссы в это время (1823 год) умерла жена, он сам заботится о годовалом младенце и стирает в ночи.

Если помните, я подчеркивала, что мне нравится, как в переводе сливаются действия женщины и луны: то ли женщина укладывает спать детей и стирает, то ли луна.

В мужском варианте я хочу, конечно же, оставить это слияние:

Уложил детей,
А сам пеленки стирает —
Летний месяц

Collapse )

СУВЕНИРЫ С ОСТРОВА МИЯКО

Стихи — дело совершенно бессмысленное с практической точки зрения.

Вот, например, Басё говорил, что «поэзия — все равно что горящий очаг летом или веер зимой».

Трудно не согласиться с этим, но иногда и поэзия приносит приятные материальные плоды.

Я приняла участие и выиграла в небольшом поэтическом конкурсе на сайте «Красивая Япония», где нужно было прочитать каллиграфическую запись хайку, перевести и назвать автора.

А приз собственно был сама эта каллиграфическая работа, которую написала чудеснейшая девушка с острова Мияко — Катя Назарова-Ёсида.

Collapse )

КАК БЫСТРО ПАДАЕТ СОЛНЦЕ?

В Японии это зависит от сезона. Особенно стремительно оно уходит за горизонт осенью.

Для описания этого красивого природного явления чуткие к слову японцы придумали поэтический оборот — «цурубэ отоси».

Кавасэ Хасуй, «Красный закат», 1937 год
Кавасэ Хасуй, «Красный закат», 1937 год

«Цурубэ» — это колодезное ведро или бадья, а «отоси» означает стремительное падение. Именно так, как ведро в колодец, срывается закатное солнце за горизонт.

Впрочем, у «цурубэ отоси» есть ещё одно значение — демон, который скрывается в кронах деревьев и неожиданно нападает на зазевавшихся людей. Часто его изображают как жуткую голову без тела. Этот демон орудует ведром, пытаясь «подцепить» выбранную им жертву.
Удивительно, как прекраснейший осенний образ оборачивается неожиданной стороной из японского кайдана.

Однако в хайку этот сезонный образ не имеет ничего общего с лесными монстрами, это только ранний и быстрый осенний закат, как в стихотворении современной поэтессы Тэраи Танико:

Плю-ю-ю-х!
Падает солнце в море
Как ведро — в колодец

釣瓶落しとずるずる海に没る夕陽
цурубэ отоси то/ дзуру-дзуру уми-ни/ отиру ю:хи

ИССА. С МУХАМИ КАК С ЛЮДЬМИ?

Можно ли сочувствовать мухе? Этот вопрос постоянно крутится в голове, когда читаешь хайку поэта Иссы.

Он знаменит своим необыкновенным вниманием ко всяким букашкам. Конечно, Исса — буддист и должен относиться с уважением к любым живым существам. Но где предел такого гуманизма?

Фото - Magnus Muhr
Фото - Magnus Muhr

Я ухожу!
Плодитесь в своё удовольствие,
Мухи в хижине моей

留主にするぞ恋して遊べ庵の蠅
Русу-ни суру дзо/ кои ситэ асобэ/ ои-но хаэ

Для нас мухи — ненавистные насекомые, от которых мы стремимся поскорее отмахнуться (хотя в детстве вроде и читаем “Муху-цокотуху”), а тут вдруг такая почти отеческая забота. Исса разговаривает с ними на равных, не как с непрошенными жильцами, а как с полноправными соседями по комнате, практически родственниками.

Муху прибьешь,
Сразу и богу помолишься:
“Наму амида буцу”

蠅を打つ度になむあみだ仏哉
Хаэ-о уцу/ таби-ни намуамида/ буцу кана

А в этом хайку Исса, кажется, высмеивает буддистов-амидаистов (а может быть и не высмеивает, а говорит серьезно), которым достаточно произнести фразу “Наму амида буцу”, чтобы снять все свои грехи и попасть в рай “Чистой Земли”.

Закончу классическим трехстишием, где маленькая муха вымаливает право на жизнь:

Не убивайте муху!
Ручки в молитве сложила
И ножки

やれ打つな蠅が手をすり足をする
Ярэ уцуна/ хаэ-га тэ-о сури/ аси-о суру

Haiku Daily в Telegram, где вы ничего не пропустите — https://t.me/HaikuDaily


КАК ПРАВИЛЬНО ЕСТЬ СУСИ

Стоит кому-то узнать, что я занимаюсь японской культурой, как тут же возникает этот вопрос. Мне и самой давно хотелось разобраться, как же есть правильно? Палочками или руками? Надо ли обмакивать суси в соевый соус? Какой частью класть суси в рот — рыбой вниз или все же рисом?

Каждый раз приходя в японский ресторан, где подают суси, я начинаю пытать шефа, как же правильно. Однозначно могу лишь сказать, что надо перевернуть суси рыбой вниз и именно рыбу опустить в соевый соус, а вот как вы будете держать суси в этот момент — руками или палочками, не так важно, хотя сами шефы делают это, конечно же, руками.

Не так давно в Токио провели опрос лучших суси-мастеров — как правильно класть суси в рот: рыбой или рисом на язык? Выяснилось, что и тут нет однозначного ответа — можете делать так, как вам нравится.

вот так подают одну из самых древних разновидностей суси - фунадзуси, ферментированного карася
вот так подают одну из самых древних разновидностей суси - фунадзуси, ферментированного карася

70% суси-мастеров проголосовали за то, чтобы класть суси рыбой на язык, а 30% уверены, что наоборот. И каждый нашел правильное объяснение, почему делать надо именно так.

С японской поэзией, на самом деле, похожая история. Многие хотят знать, как “правильно” перевести то или иное стихотворение, и хотят услышать один-единственный верный вариант. Боюсь, это совершенно невозможно. Каждый раз, когда возникает жаркая дискуссия о том, правильный ли это перевод или ложный, я вспоминаю токийских суси-мастеров — уж если даже они в таком очевидном вопросе не могут однозначно решить, что лучше для языка, то переводчики и подавно. Слова-то будут посложнее рыбы.

Collapse )

СЕНТЯБРЬ. МЕСЯЦ ДОЛГИХ НОЧЕЙ

Продолжаем изучать старинный японский календарь! Каюсь, что пропустила пару месяцев, придётся их наверстать в следующем году. А пока расскажу про сентябрь.

В лунном календаре он записывается двумя иероглифами — 長(длинный) и 月(месяц). Читается это сочетание как «нагацуки».

Пишут, что изначально название состояло из трёх иероглифов 夜長月, но потом первый иероглиф 夜, означающий «ночь», почему-то отвалился.

Действительно, в сентябре уже очень явно ощущается, что ночи стали длиннее. Именно сентябрьское полнолуние считается в Японии самым красивым. В этом месяце как никогда нужно любоваться луной. Для этого есть и специальный термин - 月見 - «цукими». Японские художники любят изображать полную осеннюю луну на фоне метёлок мискантуса.

В сентябре хорошо слушать, как поют насекомые. Японцы считают, что только они и жители Полинезии ценят голоса насекомых, а все остальные народы к этим природным звукам совершенно равнодушны. Если «цукими» — это дословно «любование луной», то «мусикики» — «наслаждение пением насекомых».

Например, сверчок «судзумуси» кричит по-японски рин-рин; сверчок «коороги» поёт совсем иначе — коро-коро-коро или же кири-кири-кири; а похожий на кузнечика «куцувамуси» пищит гатя-гатя.

Если вы пишете письмо в сентябре, то уместно начать его со слов, что жара и холод пришли к равновесию, что брызнули первые дожди и уже чувствуется дуновение осеннего ветра. А закончить его можно пожеланием беречь себя, ведь ранним утром и поздним вечером бывает так прохладно.

Collapse )